Новозыбков.Ru

А. Вольный. Глазами старожила.

Глава третья, о "Малостовке" и её знатных жителях.


Малостовка

Пожалуй, до сих пор ни в одной из ниг, посвящённых Новозыбкову, не встретишь слова "Малостовка". А ведь долгое время было оно в ходу горожан, для которых это было их постоянным местожительством.

"Малостовка" выделялась скопищем домов в районе озера Зыбкое. И если в других местах Новозыбкова дворы огораживались друг от друга плотными заборами, то здесь ничего подобного не было. Небольшие, преимущественно деревянные, домишки ничем не были огорожены друг от друга. Если где и имелись заборчики, то не представляло никакого труда их преодолеть. И главным образом, они строились не для людей, а для живности, которой изобиловала "Малостовка".

Царила тут антисанитария из-за обилия мусорных ям, да недостатка общественных уборных, у которых порой выстраивались очереди.

А вот шуму на данной территории было хоть отбавляй. И стоял он с раннего утра до позднего вечера. Создавали его ремесленики. Они сверлили, пилили, паяли, шили, колотили, ремонтируя одежду, обувь и разного рода бытовые изделия. Причём делалось это с самозабвением. Ведь на что-то надо было прокормить многодетные семьи. Чтобы ребят одеть, обуть, накормить, требовались деньги. Их можно было заиметь за счёт упорного кустарного труда, который большей частью шёл перекупщикам. В остальном здесь существовал бартерный обмен по принципу "Я тебе, а ты - мне". При этом жители не только ремонтировали, но и шили для обмена свою продукцию, частично реализуя её на базаре, который находился рядом и где частная торговля велась весьма бойко.

О благоустройстве в таких условиях говорить не приходилось. На всё население этого обширного участка города было пару колодцев, в которых всегда не хватало воды. В домах ни водопровода, ни канализации не имелось.

Возникает вопрос, почему данный район называли "Малостовкой"? Чтобы найти это слово, я перерыл много энциклопедий и справочников. Моё внимание при этом привлекло слово "Малосостоятельный". В "Толковом словаре русского языка" под редакцией Д.Н.Ушакова оно определялось так: "Располагающий скудными материальными средствами, небольшим состоянием".

Если учесть, что на "Малостовке" жили преимущественно небогатые люди, то слово это как нельзя лучше отражало подлинное положение вещей. На вопрос "Где ты живёшь?" стал по-видимому следовать короткий, но конкретный ответ: "На Малостовке". Примерно до середины двадцатых годов можно было ещё услышать это слово. В начале Отечественной войны часть жителей "Малостовки" ушла в армию, некоторые - в партизанские отряды. А над оставшимися в живых стариками, детьми и женщинами в январе 1942 года фашисты учинили расправу. Их расстряляли в пригородном Карховском лесу, за железнодорожной линией Новозыбков - Новгород-Северский, куда были согнаны евреи со всех улиц Новозыбкова.

Рассказывая об этом, авторы брошюры "Мария" Анисин Ю. и Кублицкий А. нарушают исторический факт. Они упоминают гетто, которое в Новозыбкове не существовало. Видимо при этом им не было ведомо, что "Гетто - часть города, выделявшаяся в средние века для проживания излоированных евреев. Термин иногда сейчас употребляется для обозначения района города, в котором селятся дискриминированные нац. меньшинства" ("Советский энциклопедический словарь", издательство "Советская энциклопедия", Москва, 1982 г., стр. 302).

Лев Тест

После этого существенного уточнения продолжу рассказ о земляках, родившихся на "Малостовке" и которыми можно гордиться.

Прежде всего это коснётся семьи Тест. Занимала она на "Малостовке" небольшой дом, в котором жили с родителями семеро детей.

Был среди них паренёк Лёва, который уже с детства очень любил гонять самодельный футбольный мяч. Когда подрос, то вошёл в городскую футбольную команду став одним из лучших результативных её нападающих. И никто не мог полагать, что этот крепыш так рано покинет жизнь. Произошло это так: на первое мая была назначена футбольная встреча сборной Новозыбкова с командой находящегося тогда вблизи города стрелкового полка. Игра собрала много болельщиков, которые с интересом наблюдали за игрой своего фаворита. С его подачи был забит первый мяч. А автором второго явился сам Лёва, вызвав овацию всего стадиона. Вдруг солнечный день нарушила сильная гроза. Дождь полил как из ведра. Тем не менее, игра не была остановлена.

Весь промокший, но в радостном настроении, вернулся Лёва домой, где молодёжь устроила ему триумфальный приём. Предложили выпить по случаю победы, но спортсмен отказался, обещав встретиться вечером. Вечер же принёс футболисту страшный озноб. Врачи констатировали двустороннее крупозное воспаление лёгких. Медицина оказалась бессильной. И через несколько дней буквально весь город простился со своим любимцев.

Матвей Тест

По-иному сложилась судьба Матвея Теста. Родился он в Новозыбкове 24 апреля 1910 года. Свою трудовую деятельность начал в пятнадцать лет рабочим на спичечной фабрике "Волна революции". В сентябре 1930 года Матвей по путёвке ЦК комсомола был направлен на учёбу. А после окончания в 1936 году Военно-инженерной академии РККА стал работать на строительстве важных сооружений. В числе их были военно-оборонительные объекты на Кольском полуострове. Был этим занят с июля 1941 г. до июля 1943 г.

С 1943 года Матвей Исаакович Тест находился на строительстве комбината "Североникель". Учитывая его способности, был он в 1958 году назначен заместителем главного инженера управления строительства Братскгэсстрой, а с марта 1961 года уже возглавил строительство широко известного Коршуновского ГОКа. Тест при том был в числе тех, которые обеспечили севременный ввод в эксплуатацию первенца чёрной металлургии Восточной Сибири Коршуновского горно-обогатительного комбината и участвовали в строительстве города Железногорск-Илимский.

И потому нет ничего удивительного в том, что решением исполкома городского Совета трудящихся от 13 октября 1972 года за успехи, достигнутые в строительстве города и комбината, а также за творческое руководство управлением строительства Коршуновского горно-обогатительного комбината Тесту Матвею Исааковичу было привоено завние "Почётный гражданин города Железногорска-Илимского". А за два года до этого ему Указом Президиума Верховного Совета РСФСР было привоено звание "Заслуженный строитель РСФСР".

Заслуги М.И.Теста, котоырй ушёл на заслуженный отдых в ноябре 1972 года, были также отмечены двумя орденами Ленина, столькими же орденами "Знак почёта", 5 значками "Отличник энергетики и электрификации СССР" и Почётной грамотой Президиума Верховного Совета Армянской ССР.

Буня Тест

Новозыбковцы могут по заслугам гордиться и сестрой М.И.Теста, которой была Буня Исааковна Тест. Участник Новоземельских экспедиций, она залужила того, что на специальных географических картах появились "Мыс Бунин" и "Полуостров Тест".

Буня Исааковна родилась на "Малостовке" в ноябре 1907 года, где была уже пятым ребёнком. Старше её были три брата и сестра.

Всем в семье было, по её воспоминаниям, хорошо и дружно... Дети росли, учились, взрослели. Но так было недолго. В начале 1918 года умер отец, которому не было и сорока лет.

Далее продолжу рассказ М.И.Тест по её письму, датированному мне 3 февраля 1985 года. В нём читаем:

"Когда не стало отца, хлебнули мы горя, как говорится, выше головы. С избытком хватили и голода, и холода, и самое главное, чего до сих пор не могу забыть - это пренебрежение людей, которые никак не были выше нас по свеой сущности и значимости, но у них, видите ли, было другое материальное положение. А мы ведь, как и другие, голодали, но виду не показывали.

Время было тяжёлое - революция, война, разруха, голод. Работать было некому да и негде. А старший брат Иосиф ушёл добровольцем на фронт и там погиб. Следующему брату по возрасту было около шестнадцати. Все остальные были ещё младше.

Однако, мы выстояли, выжили и, несмотря ни на что, учились и кончали школу. Я и сестра не только учились, но и учили других. У меня много было учеников, да и у Рахили тоже. Это давало какой-то заработок.

В 1925 году я уехала в Ленинград, где уже училась сестра. Я поселилась с ней в студенческом общежитии. В 1926 году я поступила на геологоразведочное отделение университета. Через два года нас в порядке реорганизации перевели в горный институт, который я и закончила в мае 1931 года.

Вместе со мной учился и кончил институт мой будущий муж - Куклин В.А. В конце третьего курса я вышла за него замуж. И по окончании института в 1931 году мы оба поступили в институт геологии Арктики.

Муж уехал в экспедицию на Новую Землю, а я работала до получения декретного отпуска. Затем уехала в г. Новозыбков, где в августе 1931 года родился мой первенец - Лёвушка (Лев Куклин).

Затем я вернулась в институт, где проработала всю свою трудовую жизнь. В экспедициях на Новой Земле находилась в 1932, 1934 гг., а месяц ещё и в 1931 г. В 1938 году родилась моя дочь Ирина. Она историк, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник. Работает в институте истории Академии наук.

Когда кончилась Отечественная война, детей к счастью в Ленинграде не было. Они были отправлены на лето к родителям мужа. Его самого почти сразу вызвали в военкомат и он начал работать на фронт по изысканию посадочных площадок для самолётов. Но, когда немцы подошли вплотную к Ленинграду, работы прекратились и мы оба оказались в блокадном городе, где муж умер в апреле 1942 года. Лёве тогда было десять лет, а Ире - 3 года. И мне одной в дальнейшем пришлось растить своих детей.

С 1950 по 1955 гг. я с небольшой группой проводила изучение осадочных пород в другом регионе Арктики - Лено-Олекском районе, куда мы неоднократно выезжали для изучения и сбора материалов. Затем в результате длительной всесторонней обработки этих материалов была написана большая монография.

На пенсию я ушла в 59 лет. Но периодически ещё приходилось работать в институте, главным образом в связи с подготовкой в печать той или иной работы, или в связи с преподаванием.

После смерти Матвея, из нашей большой семьи остались я да моя сестра Рахиль. Радуют нас дети и внуки, у которых всё ещё впереди.

А сейчас настало время ответить на Ваш вопрос и рассказать о том, с чем связано появление "Полуостров Тест" и "Мыс Бунин". Будучи инженером-геологом, как уже упоминала я, находилась в составе экспедиций на Новой Земле. И вот однажды в районе наших работ произошёл случай, когда я чудом осталась в живых. Можно сказать, что то, о чём поведано, было моим новым днём рождения.

Дело в том, что мы с мужем всегда работали порознь, то есть двумя партиями. А в тот памятный для меня день мы договорились провести совместный береговой маршрут. С нами был наш коллектор Вася. Проработав половину дня, мы несколько устали и проголодались. Было выбрано удобное место, где я и устроилась. Вася уже успел развязать рюкзак, где у нас хранились хлеб и два копчёных гусёнка.

Вдруг Вася заглядывает за мысок и кричит: "Медведи".

Заглянув за мысок, я увидела медведицу с двумя детёнышами. Хотела бежать, но было поздно. Я только проянула руки, чтобы выбраться наверх, как медведица схватила меня своей пастью, извините, за мягкое место, и потащила меня под себя. Я потом две недели не могла сидеть.

Тут великолепно проявили себя мои мужчины. Они не бросили меня в беде. Орали, метались, махали руками (ружья с нами не было). В это время из рюкзака выпали копчёные гусята и хлеб. Тут медведица подняла голову. Она, наверное, была обеспокоена, что появились ещё люди, потянулась к гуятине и тем самым выпустила меня из пасти. Мужчины сразу выхватили меня за руки наверх, подхватили под руки, и, можно сказать, потащили. Сразу я не могла идти, у меня подкашивались ноги.

Через две недели эту медведицу с медвежатами убили. А шкура белой медведицы была нам подарена".

В другом письме от 24 сентября 1985 года Буня Исааковна мне сообщала:

"Вы задаёте вопрос относительно того, узаконены и занесены ли на карты названия "Мыс Бунин" и "Полуостров Тест". В ответ на Ваш вопрос мны было бы проще всего выслать Вам карту, но, увы, все наши материалы и карты секретные и без специального допуска, которого у меня теперь нет, не могут быть выданы отделом, где они хранятся. Но косвенно вот что могу сказать: года полтора тому назад я была приглашена на какую-то юбилейную дату сотрудницы М.Ф.Соловьёвой, с которой я дружила, несмотря на то, что была её порядочно старше. Она палеонтолог и обрабатывала палеонтологические материалы Новоземельской экспедиции.

Так вот, когда я пришла, М.Ф. подвела меня к столу, за которым сидели друг против друга двое мужчин, и сказала: "Вот ваше место, Буня Исааковна". А мужчина, который постарше, сказал второму: "Это Буня Исааковна Тест. Карту помнишь - "Мыс Бунин", "Полуостров Тест". Оказалось, что то были геологи-новоземельцы.

В заключение могу по этому вопросу вот что сказать: если у Вас, Арон Григорьевич, есть хотя бы какие-нибудь сомнения по этому вопросу, то, пожалуйста, не пишите обо мне. Я очень не тщеславна и мне это вообще ни к чему. И я никоим образом не буду в обиде на Вас".

Разумеется, что я поверил всему, что написала Буня Исааковна, которой могут гордиться новозыбковцы и которая вошла в историю не только географическими названиями на Новой Земле, но и воспитанием сына-поэта, широко известного за пределами даже нашей страны и который заслуживает того, чтобы о нём коротко рассказать в этой книге.

Лев Куклин

Лев Валерианович Куклин родился 5 августа 1931 года в г. Новозыбкове, в котором до войны проживало большое семейство его близких родственников.

Мать поэта и его отец Куклин Валерий Александрович, как уже было упомянуто, являлись полярниками, принимали участие в экспедициях на Новую Землю, представляющую группу островов в Северном Ледовитом океане и около четверти которых покрыты материковым льдом.

Перед войной Лев Куклин окончил в Ленинграде два класса, а во время войны находился в городке Вельске Архангельской области в семье родителей отца. Там создан музей Куклина, единственный пока в России. Здесь исключительно высоко чтут память о поэте, который в Вельске закончил семилетнюю школу, одно время подрабатывал на лесозаготовках, был учеником токаря в маленьких вагоноремонтных мастерских и где написал свои первые стихи.

После войны, закончив в Ленинграде среднюю школу, Куклин поступил в Ленинградский горный институт, получив в 1954 году диплом инженера-геолога.

Около десяти лет проработал Лев Куклин по специальности, начальником геологоразведочной партии. Впечатления от поездок по стране, встречи с самыми разными людьми, стали фундаментом его первых книг.

Первые печатные стихи Л.Куклина появились в 1947 году в сборнике "Первая встреча", в пионерских газетах. А первые серьёзные публикации в молодёжных газетах совпали с годом окончания института.

В 1954 году поэт работал в Казахстане. То был первый год освоения целинных земель. И геологические впечателния и целинная страда отразились в его первой книге "Соседям по жизни". Она вышла в издательстве "Советский писатель" в 1958 году. Затем были опубликованы книги стихов "Необходимость", "Рудник радости".

В 1961 году Льва Куклина приняли в Союз писателей, и он стал профессиональным литератором.

Лев Куклин - автор более чем тридцати книг стихов и прозы для взрослых и детей. В их числе книги "Зелёная планета", "Антенна", "Я верю", маленькие повести для детей "Дедушкин праздник", "Порядок на борту!".

На стихи поэта композиторы разных поколений написали более двухсот песен, среди которых такие широко известные, как "Голубые города", "Качает, качает", "Что у вас, ребята, в рюкзаках", "Первые комиссары", "Песня о первой любви", "Сколько нас" и др.

Стихи и песни Льва Куклина переведены на полтора десятка языков, в том числе английский, французский, японский и ряд языков народов ближнего зарубежья. По его сценариям поставлены фильмы "Его звали Роберт", "Корабелы", "Ступени в подземное царство". По его либретто поставлены историческая опера "Меч кузнеца", радиоопера "Песни Белого моря" и т. д.

Все эти произведения объединяет любовь к истории нашей Родины, людям, вера в торжество добра над злом, господства порядочности и справедливости.

Это с исключительной точностью выражено в стихотворении "Анекта", включённое в одноимённый сборник. В нём поэт заявляет чётко и безапелляционно:

Пусть я бы мог сказать в анкете,
Особый счёт ведя годам:
"Любви, единственной на свете,
Не предавал и не предам!
Да, ошибался. Ушибался!
Не клеветал. Не воровал.
В корыстный час не продавался,
Своих друзей не предавал".
И ниже, жизнь до дна исчисля,
Я почерк свой потороплю:
"Нет,
Родины другой не мыслю,
Со всем, что есть на ней,
люблю!"

Как это перекликается с мыслями и чувствами людей из "Малостовки". Хотя в большинстве своём жили они бедно, здесь не было места воровству. Отсутствовали всякого рода наговоры, сплетни, драки. И это способствовало появлению не только отдельных талантливых лиц, но и целых семей, к которым принадлежали Тесты.

К великому сожалению, время улетучило из памяти многих из них. Но мне, старожилу, ещё хорошо запомнились живущие здесь семьи Карасиков и Гуревичей. Даня Львовна Карасик стала одним из ведущих педиатров города, заслуженным врачом РСФСР. Уже будучи тяжело больной, она в любую погоду и в любое время года спешила на помощь своим молодым пациентам. Когда речь шла о судьбе ребёнка, для Дани Львовны переставали существовать небывалая жара или сильная стужа, непролазная грязь и другие препятствия.

Большим авторитетом у горожан пользовался тоже человек из "Малостовки", ветеран войны, Михаил Наумович Гуревич. Это при его активном участии начиналась деятельность музыкальной школы. Никогда в городском парке культуры и отдыха не было такого широкого озеленения и порядка как в те годы, когда этим учреждением руководил М.Н.Гуревич.

Он, как и Буня Тест, Матвей Тест, Даня Карасик, могли бы с гордостью воскликнуть: "Мы из Малостовки".

другие статьи...

к началу страницы © А. Карпов. Novozybkov.Ru. 2003-2017.
Все права на материалы, размещенные на сайте, принадлежат их авторам и защищены Законом РФ "Об авторском праве и смежных правах". При цитировании материалов сайта прямая активная гиперссылка на сайт Novozybkov.Ru обязательна. Использование материалов сайта в любых печатных изданиях возможно только с письменного разрешения правообладателя. Контактный адрес электронной почты - karpov@novozybkov.ru